в области государственного управления, а не экономики, но с момента прихода в банк в конце 1990-х годов у нее сложилось четкое и детальное представление о системе финансового водопровода ФРС. В ту сентябрьскую пятницу мысли Логан были заняты предстоящей поездкой. Вскоре ей предстояло отправиться в Вашингтон на очередное заседание FOMC, которое начиналось в следующий вторник. В понедельник Логан и ее команда собирались в здании Eccles Building, чтобы завершить подготовку презентаций для комитета. Обычно это занимало большую часть внимания Логан. Но в последний день ее пребывания в Нью-Йорке аналитики сделали предупреждение во время утреннего совещания. Они обнаружили тревожные признаки на рынке. И они полагали, что ситуация может ухудшиться в понедельник, когда Логан будет в командировке.
Конференц-зал ФРС Нью-Йорка находился рядом с основным торговым залом, и во время заседаний его двери были открыты, чтобы люди могли спокойно входить и выходить. В комнате стоял большой стол, а вдоль стены располагался диван, на котором сотрудники могли сидеть с открытыми ноутбуками и делать записи. На одной из стен висели большие цифровые мониторы, один из которых показывал прямую видеотрансляцию из абсолютно идентичной комнаты в Чикаго, в одном из вспомогательных офисов ФРС рядом с важной Чикагской товарной биржей.
После того как все расселись по местам в то утро, нью-йоркские трейдеры рассказали о том, что их беспокоило. Они наблюдали за огромным глобальным рынком американских долларов, который они называли просто "денежными рынками". Денежные рынки отслеживали движение реальных, настоящих наличных денег, которые циркулировали по всему миру. У этого рынка было много составляющих, включая кредиты овернайт, которые банки использовали для ведения бухгалтерского учета, а также миллиарды долларов, которые ежедневно занимали хедж-фонды для финансирования своих ставок. Нью-Йоркская ФРС была одержима глобальными денежными рынками. Основной задачей ФРС было контролировать цену денег, а эта цена выражалась в краткосрочных процентных ставках, которые платили банки и хедж-фонды. Трейдеры ФРС были обеспокоены тем, что на горизонте может появиться денежный дефицит. Действительно, в мире было много наличных денег, возможно, больше, чем когда-либо в истории. Но трейдеры видели сигналы рынка, указывающие на то, что краткосрочные процентные ставки растут, и это может продолжиться, причем очень резко. Это привлекло внимание Лори Логан. Ее главной задачей было не допустить, чтобы процентные ставки выросли или упали за пределы узкого диапазона, установленного FOMC. Она приказала своей команде усилить мониторинг рынка, что означало, что они начнут звонить финансовым трейдерам и усилят наблюдение за определенными контрактами, которые отражают краткосрочную цену денег.
ФРС сама несла прямую ответственность за сложившуюся ситуацию. Напряжение на финансовых рынках стало прямым следствием процесса нормализации под руководством Джея Пауэлла. Нормализация была снята с автопилота и, по сути, остановлена, но FOMC, тем не менее, отменил некоторые экстраординарные меры, принятые во времена Бернанке. Когда ФРС свернула количественное смягчение, она вывела из банковской системы более 1 триллиона долларов избыточной наличности. Избыточные банковские резервы - то есть уровень наличности, которую банки хранили в хранилищах ФРС, - сократились с примерно 2,7 триллиона долларов в 2014 году до примерно 1,3 триллиона долларов в сентябре 2019 года. Это все еще на 76 000 процентов больше избыточных банковских резервов, чем было в 2008 году. Но сокращение было значительным.
Проблема, по мнению команды Логана, заключалась в том, что даже 1,3 триллиона долларов избыточных резервов может оказаться недостаточно для поддержания работоспособности банковской системы.
Команда Логана объяснила, что тревожные сигналы исходили от важнейшего рынка денежных операций "репо". Рынок репо был частью фундамента финансового мира, и предполагалось, что это супербезопасная форма кредитования. Кредит репо был краткосрочным, возможно, даже на одну ночь. Он всегда работал одинаково: Заемщик передавал казначейские векселя в обмен на наличные. Затем, на следующий день или на следующей неделе, заемщик возвращал наличные в обмен на казначейские векселя, выплачивая за сделку очень маленькую комиссию. Суть кредита репо заключалась в том, чтобы иметь возможность получить наличные деньги, когда они вам нужны, в обмен на сверхнадежные казначейские облигации. Это было очень важно для фирм с Уолл-стрит - у них были твердые активы, такие как казначейские векселя, которые стоили много, и им нужны были способы высвободить эту стоимость в виде наличных для выполнения своих однодневных обязательств. Банки с удовольствием брали такие краткосрочные кредиты, потому что это было очень безопасно: банки держали казначейские векселя в качестве залога, так что никакого риска не было. Если заемщик разорялся, банк мог продать казначейские обязательства и вернуть всю стоимость кредита. Именно поэтому рынок кредитов репо был многомиллиардным. Всевозможные финансовые учреждения ежедневно использовали его для обмена казначейских обязательств на наличные, чтобы иметь на руках деньги для ведения повседневной деятельности.
Однако в пятницу, тринадцатого числа, рынок репо подавал тревожные сигналы. Появились первые признаки того, что крупные банки, такие как JPMorgan, повышают весьма незначительные процентные ставки, которые они взимают за кредиты репо. Команда Логана полагала, что банки могут повышать ставки, потому что они все больше сомневаются в том, стоит ли выдавать кредиты репо. Похоже, банки чувствовали, что у них слишком мало денежных резервов.
В следующий понедельник банки будут испытывать острую нехватку наличности, потому что одновременно произойдут две вещи. Во-первых, это был День налогов для крупных корпораций, что означало, что банки будут отправлять много наличных денег на оплату налоговых счетов. Во-вторых, именно в этот день должны были завершиться многие аукционы по продаже казначейских векселей США, то есть банки должны были заплатить наличными за казначейские векселя, которые они ранее согласились купить. Все это привело бы к оттоку наличности из системы и снижению уровня избыточных резервов.
Логан был убежден, что это может стать проблемой. Если банки начнут отказываться от предоставления кредитов репо в понедельник, они смогут брать за них больше денег, что подтолкнет ставки репо с их нынешнего уровня около 1,5 % до повышенных уровней 1,8 % или даже 2 %. Это, в свою очередь, распространилось бы на все денежные рынки, повысив ставки по деньгам повсеместно. Именно поэтому Логан поручила своим сотрудникам усилить мониторинг рынков репо. В тот день Логан ушла с работы, сосредоточившись на своей поездке в Вашингтон и предстоящем заседании FOMC. Ее сотрудники в Нью-Йорке сосредоточили все свое внимание на кредитах репо.
События следующего понедельника показали, что нью-йоркская торговая команда ФРС в эпоху ZIRP, по сути, летала вслепую. Это означало, что все руководство ФРС, включая Джея Пауэлла, также летало вслепую. Центральный банк изменил финансовый ландшафт, завалив его деньгами, и тем самым разрушил один монетарный режим и заменил
